Я рвал напрягом рук верёвки, звоня в колокола на колокольне в божьем храме
Высокие частоты свёл к нулю, оставив опцию одну лишь мощный мега SUPER BASS
Птицы, в полёте дохли что попадали в мой, разгуляй и перезвон, и падали камнями
Услышь меня ты господи, взгляни я тут, тебе звоню, узри меня ты властный божий глаз
-
К тебе взываю с просьбою одной, я руки до костей свои верёвками изрезал в кровь
Мне укажи намёком дай понять, что мне начать творить чудить или тебе молиться
Грехами завалил я выход запасной, входная дверь закрыта я наломал немало дров
Устал от не понятия и восприятия самим собой содеянных грехов, хотел я, было удавиться
-
К чёрту петлю я выбрал путь другой, звоню в колокола в твоей приёмной, думаю, заметишь
Я записался у твоего секретаря, нам есть о чём поговорить со мною заявление на искупление
Своей божественной рукой коли сочтешь, когда прочтёшь согласие свое, да и моё отметишь
Что делать дальше,чтоб свои грехи мне искупить,коль ты отец небесный мой дай сыну наставление
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : 2) Огненная любовь вечного несгорания. 2002г. - Сергей Дегтярь Это второе стихотворение, посвящённое Ирине Григорьевой. Оно является как бы продолжением первого стихотворения "Красавица и Чудовище", но уже даёт знать о себе как о серьёзном в намерении и чувствах авторе. Платоническая любовь начинала показывать и проявлять свои чувства и одновременно звала объект к взаимным целям в жизни и пути служения. Ей было 27-28 лет и меня удивляло, почему она до сих пор ни за кого не вышла замуж. Я думал о ней как о самом святом человеке, с которым хочу разделить свою судьбу, но, она не проявляла ко мне ни малейшей заинтересованности. Церковь была большая (приблизительно 400 чел.) и люди в основном не знали своих соприхожан. Знались только на домашних группах по районам и кварталам Луганска. Средоточием жизни была только церковь, в которой пастор играл самую важную роль в душе каждого члена общины. Я себя чувствовал чужим в церкви и не нужным. А если нужным, то только для того, чтобы сдавать десятины, посещать служения и домашние группы, покупать печенье и чай для совместных встреч. Основное внимание уделялось влиятельным бизнесменам и прославлению их деятельности; слово пастора должно было приниматься как от самого Господа Бога, спорить с которым не рекомендовалось. Тотальный контроль над сознанием, жизнь чужой волей и амбициями изматывали мою душу. Я искал своё предназначение и не видел его ни в чём. Единственное, что мне необходимо было - это добрые и взаимоискренние отношения человека с человеком, но таких людей, как правило было немного. Приходилось мне проявлять эти качества, что делало меня не совсем понятным для церковных отношений по уставу. Ирина в это время была лидером евангелизационного служения и простая человеческая простота ей видимо была противопоказана. Она носила титул важного служителя, поэтому, видимо, простые не церковные отношения её никогда не устраивали. Фальш, догматическая закостенелость, сухость и фанатичная религиозность были вполне оправданными "человеческими" качествами служителя, далёкого от своих церковных собратьев. Может я так воспринимал раньше, но, это отчуждало меня постепенно от желания служить так как проповедовали в церкви.
Поэзия : Обряд ? - сергей рудой Когда вы приходите являться пред лице Мое, кто требует от вас, чтобы вы топтали дворы Мои?
Не носите больше даров тщетных: курение отвратительно для Меня; новомесячий и суббот, праздничных собраний не могу терпеть: беззаконие - и празднование!